Приглашение на бизнес-ланч. 4 глава

Ирина Сотникова. Роман

Мои книги на ЛитРес

21 век. Крым

1

Ранний апрель. Воздух влажен, насыщен запахами просыпающихся почек. Я вижу, как по аллее старого парка, мимо выстроившихся колоннами вековых елей, идет Ева. В моем времени таких парков, похожих на мрачный заброшенный лес, уже давно нет – ни корявых, поросших мхом яблонь, ни бестолковых ясеней и осин посреди жухлой листвы вперемешку с высохшей травой. Я, Камиль Алари, почему-то остро чувствую запах гниющих листьев, парк производит на меня гнетущее впечатление. Но женщина не замечает уродливости окружающего пейзажа, она деловито шагает по мокрому от дождя асфальту. Единственное яркое пятно на фоне коричнево-зеленых еловых лап – ее напряженная фигура в бордовом плаще и пестрой косынке.
Мне снова становится страшно, но в этом страхе больше неосознанной тревоги, чем паники. С тревогой справляться легче, ее можно отодвинуть в сторону и сосредоточиться на объекте исследования. Я начинаю «слышать» сумбурные мысли женщины, в одиночестве шагающей по аллее.
«Да, я не справляюсь. Продажи появились, но я совершенно одна, без поддержки. Скоро пойдут отчеты в налоговую, а я в этом ничего не понимаю. Долг по-прежнему очень большой. Чтобы его покрыть, надо закупать новый товар, и так до бесконечности. Замкнутый круг. Бессмысленная деятельность. Но я уже в ней, обратно дороги нет. Попробую договориться хотя бы об отчетах. Интересно, сколько денег она с меня возьмет?..»
У облупленного фонтана с затхлой водой Еву ждет молодая девушка – миловидная, с вьющимися белыми локонами и голубыми глазами. Она похожа на куколку.
При виде Евы девушка вся подается вперед.
– Здравствуйте, вы Ева Анатольевна?
Ева смотрит на нее недоверчиво.
– Да. Вы Вероника? – кажется, она разочарована. – Хорошо, давайте поговорим. Я ищу бухгалтера.
– А что у вас за бизнес?
– В общем, ничего сложного, продажи, – Ева кратко рассказывает, чем занимается. – Мне нужно помочь организовать процесс, как-то наладить его. И сдавать отчеты. Скажите, сколько вы возьмете? Я бы платила за разовую помощь. Дохода у меня пока нет.
Я четко вижу, как сильно Ева сомневается. Она сама не знает, в чем ей надо помогать, и этот факт совершенно сбивает ее с толку. Зато ее собеседницу неуверенность Евы, кажется, обнадеживает, на лице ее появляется очаровательная улыбка, она становится похожа на добрую фею, желающую срочно кого-либо спасти, и преображается на глазах. Веронику я теперь вижу так же ясно, как и Еву, всматриваюсь, пытаюсь понять. Зачем такой красавице жалкие гроши?
И вдруг меня обдает холодом – у молодой девушки далеко идущие планы, которые она вынашивает не один год. Молодая, амбициозная, необыкновенно красивая, она переехала из села в город, чтобы удачно выйти замуж и найти престижную работу. И то, и другое у нее получилось. Но мужем она была не довольна – слишком спокойный и незамысловатый парень, без амбиций, без лоска. Увалень. Работа тоже вызывала массу вопросов. Начальник, покоренный ее внешностью, сразу предложил должность главного бухгалтера, но с условием не иметь детей. Это условие ее не устраивало – она как раз очень хотела ребенка, ей двадцать пять.
Осторожная и дальновидная, она давно ждала своего часа, и, кажется, он ей представился в лице этой унылой женщины в пестрой косынке. Возможно, мизерный. Заказчица явно бесхитростная, смертельно уставшая. Почему бы ей не оказать услугу? Те жалкие копейки, которые она хочет ей предложить, ее никак не устроят. Ее устроит другое, и это сложная комбинация. Но Еве Анатольевне об этом знать не нужно. Впрочем, вряд ли она поймет, в чем дело.
Вероника придает своему лицу серьезное выражение.
– У меня для вас есть интересное предложение.
– Да? Какое же?
– Вы никогда не задумывались о партнере?
Ева пожала плечами.
– У меня есть муж, он и является партером.
– Это семья. Вы в своей семье все вопросы решаете лично, на кухне. А партнер – это деловое общение. Плюс партнер обязательно приносит что-то свое. Финансы, опыт, оборудование. Я хотела бы вам предложить подумать об этом. Мне кажется, это сильно бы сдвинуло ваш бизнес.
– Вероника, вы имеете в виду себя? – Ева понимает, что разговор не пустой. – Но зачем вам мои сложности? У вас и так все замечательно!
– Видите ли, – Вероника скромно опускает глаза, – меня не совсем устраивает моя работа. Жена начальника постоянно ревнует, угрожает. Часто приходится оставаться допоздна. Масса отчетов. И сама тема строительства точно не моя. Мне интересно раскрутить бизнес с нуля, а вы только начали. Понимаете, это чистый бизнес, без налоговых проблем и отягощений. Его можно сделать правильным и прибыльным.
Ева смотрит недоверчиво.
– Мне надо посоветоваться с мужем, это сложный вопрос. И вы готовы вот так все бросить?
– Нет, конечно! Да и мужу пока ничего не говорите.
– А что тогда?
– Я приду к вам, посмотрю документы, ваш товар. Посчитаю. Никаких денег мне пока не нужно. А по поводу партнерства предложение предварительное. Возможно, я откажусь.
– Хорошо, я подумаю, наберу вас.
На этом они расстаются. Ева обескуражена – такого поворота разговора она не ожидала. У нее появляется робкая надежда на благополучный исход. Разве может ее бизнес быть прибыльным? Но эта кукольная девушка явно знает, что говорит. Ее голос при разговоре был уверенным, в глазах интерес. Возможно, это ее, Евин, шанс, другого не будет.
Соглашаться или нет? Она же ее совсем не знает – рекомендовала соседка, сказала, что грамотная как финансист. А если обманет? Но Вероника сказала честно – хочет участвовать в бизнесе, готова работать. В чем тут подвох?
Вероника возвращается домой в приподнятом настроении, даже чуть подпрыгивает от возбуждения. Она, обычный бухгалтер, никогда самостоятельно не начнет собственный бизнес, не хватает духу. Да и денег нет. Но у этой потерянной дамы уже все сложилось, тема серьезная. Она явно ничего не понимает в том, что делает. Ну, почему таким дурам так везет? Почему судьба награждает тех, у кого нет решимости? А у нее, Вероники, этой решимости полно – так хочется вырваться из своего сельского болота!
Это явно золотой шанс, и другого не будет.

Я, находившийся всю встречу в напряжении, с облегчением выдыхаю – долгожданное предложение о партнерстве, наконец, поступило. Но партнерство это неравное. С одной стороны, хваткая молодая девица с амбициями, с другой – уставшая от жизни женщина. Мне это не нравится, я прекращаю контакт.
Снова передо мной Рената, смотрит внимательно. Вокруг – привычная обстановка, тихая музыка, спокойствие и комфорт. Я словно выныриваю на поверхность из мрачной засасывающей атмосферы умирающего от старости парка и хватаю измученными легкими воздух. Как же здесь, в моей реальности, хорошо!
– С вами все в порядке, профессор Алари?
– Нет, – кончики моих пальцев чуть дрожат, – мне показалось, что я задыхаюсь. Скажите, Рената, вы видите то, что вижу я?
– Да, конечно.
– И вам не страшно?
Рената улыбнулась, пригубила кофе.
– Профессор, давайте о моих ощущениях поговорим потом. Скажите лучше, почему вы прервали контакт, что смутило?
– Смутила ясность. Я вижу их обеих, этих женщин. Я четко понимаю, что у каждой в голове. Ева – жертва, Вероника – захватчица, они не равноценны как личности. О каком партнерстве может идти речь? Мне, например, совершенно ясно, чем все закончится.
– И чем же?
– Вероника заберет бизнес, Еву выкинет вон. Мне не хочется смотреть заведомо трагичный сценарий. Я как психолог могу предсказать поведение каждой на несколько месяцев вперед.
– Ну, это ваше право, профессор. Мы можем сегодня попрощаться с вами навсегда. Ваша попытка удалась, вы увидели достаточно, чтобы понять, как хорошо вам здесь. Думаю, это правильный выбор, – Рената стала подниматься из-за стола.
– Стойте! – я вскрикнул, она удивленно взглянула на меня и снова села. – Простите, кажется, я себя веду, как неразумный студент. Еще раз простите, не торопитесь. Дайте подумать.
– Камиль, я вас сразу предупредила о том, что прошлое болезненно. Там все не так, как вы привыкли. И то, что видится на поверхности, не совсем реально. «Вещи не всегда такие, какими кажутся нам на первый взгляд». Это древняя буддийская цитата, и она четко отражает зыбкость того мира. Но вы этого не можете знать, ваш мир прост и комфортен, ясен и прозрачен, в нем нет обмана.
– Доктор, вы хотите сказать, что виденное мной не реально?
– Почему же, реально! Но изменчиво и непостоянно. Вы уже вынесли приговор, определили для себя исход партнерства этих двух женщин. Но просили вы меня совсем о другом – показать, как складывалось это партнерство, даже если оно изначально обречено на разрыв. А, может, исход будет совсем иным?
Я замолчал, чувствуя себя опустошенным. Мне показалось, что мозг разорвется от напряжения – столько задач сразу я не решал никогда. Доктор Май задала вопросы, на которые ответа у меня не было. И самое главное – не было теперь уверенности, что я хочу получить ответ. Мне показалось, что я парю в воздухе, и богатое стильное убранство зала, где мы находились, – всего лишь иллюзия. Надо было срочно приходить в себя, собирать заново привычный мир, бежать, спасаться.
Но я, вопреки собственному страху, сделал совершенно убийственную вещь – прикоснулся к теплой руке Ренаты и снова вошел в контакт. Будто камнем рухнул вниз с обрыва.

2
Темная кухня, цветы на подоконнике. Ева и Денис сидят за столом напротив друг друга, разговор тянется вяло.
– …она предложила мне посмотреть и посчитать, что из этого можно сделать.
Денис пожимает плечами, ему не интересно.
– Ты же ведешь этот бизнес, я не совсем в курсе, что там у тебя происходит.
– Но я же тебе все рассказываю! Ты должен знать!
– У меня и своих забот сейчас хватает, ты можешь меня не грузить своими?
– Значит, ты не против бухгалтера и, возможно, нового соучредителя?
Он снова равнодушно пожимает плечами.
– Решай сама.
Поздний вечер. Ева моет посуду и думает, думает. «Искать еще кого-то? Но, по сути, результат будет тот же. Да и никто не согласится. Эта девушка имеет свой интерес, поэтому разговор состоялся. Другие меня даже слушать не станут». Равнодушие мужа ее обижает, но обида не острая – слишком много их было, таких обид, она привыкла. Дениса не переделать. Во всяком случае, она поставила его в известность, и этого достаточно, чтобы о муже на время забыть.
Будущее кажется мрачным и безысходным, Ева думает, что надо пережить эту ночь, как и многие другие бесконечные ночи, когда казалось, что рассвет не наступит никогда. Но он обязательно наступит. Справится ли она с новым днем? Справится. Просто каждый новый день отнимает у нее силы, высасывает жизненные соки. Насколько ее хватит? Говорят, что ценность жизни в опыте, но у Евы такое ощущение, что полученный опыт ее постепенно убивает.
Как было бы хорошо покончить со всем одним махом! Не чувствовать, не слышать, не видеть, не знать. Но это невозможно.
…Новый день – светлый, солнечный. Ева и Вероника сидят за витринами, Вероника смотрит счета и договора, внимательно разглядывает товар.
– Ева Анатольевна, а кто у вас все это покупает?
– Я сама нахожу клиентов, вот список. Уже сформировалась небольшая группа, кому я могу предлагать материалы, относятся ко мне неплохо. Надо искать новых, но я не успеваю.
У Евы приподнятое настроение, ей нравится быть рядом с молодой, полной сил Вероникой. Возникает давно забытое ощущение заботы – Вероника молода, хочется ее опекать. От этого ощущения Еве тепло.
– Вам нужен помощник, кто-то должен находиться на месте. Вы, как я поняла, хороший менеджер. А я бы могла обеспечить продажи здесь, на месте, заодно вести документацию.
Ева думает, что это хорошее предложение. Мысль о том, что у нее появится полная свобода действий, наполняет ее энергией. Она уже представляет, как сможет выезжать в город, встречать новых людей – постоянное сидение на одном месте ее угнетает.
– И потом, – деловито продолжает Вероника, – у вас очень дорогая аренда. Я бы на вашем месте нашла дешевый офис, вы сэкономите.
– Хорошо, я согласна, – Ева понимает, что собеседница говорит о себе, – каковы ваши условия?
Вероника делается задумчивой, на ее хорошеньком лице неожиданно появляется страх. Я вижу, что для нее это момент истины: а вдруг Ева не согласится? Вероника слишком привыкла к тому, что любые привилегии приходится выгрызать зубами.
Она делает над собой усилие, снова улыбается.
– Ну, пятьдесят на пятьдесят. Вы не думайте, я не просто так войду в ваше предприятие. Это будут два новых компьютера и бухгалтерская программа. Лицензионная. У меня есть своя собственная, – Вероника едва заметно выдыхает.
Ева принимает ее условия без спора, да и зачем ей спорить? Она считает, что это и так большая удача для нее – в развитие собственного бизнеса она не верит.
Будущие партнеры договариваются о том, что Вероника еще две недели отработает на своей службе. Заодно сдаст накопившиеся Евины отчеты в налоговую инспекцию. А Ева в это время займется не только продажами, но и поисками нового офиса.
Вероника уходит.
Ева сидит на своем месте, задумчиво смотрит в одну точку. Это место кажется ей темным и тесным, несмотря на яркое освещение. Она не хочет думать о будущем, но впервые чувствует состояние легкой эйфории – неужели жизнь повернулась к ней лицом? Думать о том, что все наладится, страшно. Но так приятно!

Дальше события несутся в невероятно быстром темпе. Вероника увольняется с фирмы, где работала главным бухгалтером, и подтверждает новое партнерство покупкой первого компьютера и установкой лицензионной бухгалтерской программы. Ева пытается понять, почему Вероника с таким энтузиазмом решает поднимать из руин совершенно безнадежное предприятие, но у нее ничего не выходит. Возможно, потому, что наполовину это предприятие теперь ее – они сразу закрепляют партнерство созданием новой фирмы. Директором назначают Дениса, чему тот очень доволен – теперь это и его новая фирма. Делать ничего не надо, а статус директора позволяет многое. И главное – это престижно. А собственный престиж Денис ценит превыше всего.
Приход Вероники, организация нового совместного предприятия, разработка бизнес-планов, поиск менеджеров – все это для Евы оказывается новым, волнующим, захватывающим дух приключением. Денис помогает найти водителя с машиной, и Ева теперь вместе с ним ездит по клиникам, это оказывается удобно, быстро, оперативно. Резко увеличивается объем продаваемого товара, закрываются долги, берутся новые. Ей больше не хочется сидеть в тесном офисе, и любой выезд для нее яркое событие – новые люди, новая прибыль.
После возвращения Евы в офис женщины часто работают вместе до восьми-девяти часов вечера, разбирают новый товар, считают, записывают, изучают, клеят ценники. Обе чувствуют большой эмоциональный подъем – это теперь их общее дело, их новый товар, их возможность устанавливать цены, предлагать, продавать, рекламировать. Для Евы, наконец, наступает момент, когда она чувствует себя настоящей хозяйкой своего маленького бизнеса и начинает понимать, что с ним делать. Это происходит исключительно благодаря Веронике.
Вероника впервые делает то, что ей не давали делать на предыдущей фирме – самостоятельно управляет процессом. Она больше не наемный работник, статус хозяйки тешит ее самолюбие, она гордится этим и не скрывает своих эмоций. Бухгалтерский опыт позволяет ей с согласия партнерши распределять пока еще небольшую выручку, оплачивать долги, участвовать в обсуждении кредитов.
Ева с ней не спорит, она тоже учится. Страстно и самозабвенно. И главное – теперь она не одна. От этого захватывает дух, будущее отныне кажется светлым, теплым и богатым. Вместе они точно справятся! Верунчик дает ей абсолютно новую возможность развивать бизнес, чувствовать себя увереннее. Это именно то, что она так хотела получить от Дениса и не дождалась. У Евы появляется, наконец, надежный тыл, утихает грызущая душу тревога последних месяцев, жизнь входит в налаженную колею. Привыкшая ко второй роли, Ева легко подчиняется молодой партнерше и снова чувствует себя комфортно. Вероника ведет себя корректно, во всем советуется, ее главенство пока не явное. Иногда Еве кажется, что отныне Вероника – единственный ее близкий человек, который никогда не предаст. Она относится к ней, как к младшей сестре, начинает безоговорочно доверять, в том числе и личные тайны.
Так, очень скоро Вероника выясняет, что Ева с Денисом не очень ладят, но благоразумно молчит, не вмешиваясь в их отношения. Выжидает.

Снова остановка, действие замедляет ход. Я вижу Еву и Веронику в новом офисе, на четвертом этаже мрачного безликого здания. Это небольшая комната. С одной стороны, вдоль стены стеклянные витрины с товаром, напротив два стола, на одном из них стоит второй новый компьютер, только вчера приобретенный Вероникой. С энтузиазмом она устанавливает на него бухгалтерскую программу. Ева перебирает товар, наводит на полках порядок. Неожиданно в офис входят два молодых человека. Женщины думают, что это клиенты и с надеждой смотрят на них. Один из них внимательно оглядывает витрины.
– И что тут у вас? – у него неприятный голос, Ева напрягается.
– Товары для стоматологов.
– Что вы хотите? – Вероника включается в разговор, она тоже чувствует тревогу.
Оба, как по команде, достают удостоверения и показывают женщинам. Тот, кто спрашивал про товар, обращается в Веронике.
– Вы вчера купили в фирме «Орион» компьютер с нелицензированным программным обеспечением. Вы знаете, что это запрещено и наказывается штрафом?
Вероника резко краснеет, взгляд ее становится злым.
– А вы докажите? Есть у меня лицензия!
– А вот мы сейчас и проверим. Разрешите сесть к компьютеру, – проверяющий вытесняет Веронику, быстро пробегает пальцами по клавишам клавиатуры, – а вот и она, компьютер придется изъять. Как вещественное доказательство.
Мне становится страшно, я уже привык к этим двум женщинам, проникся их положительными эмоциями, стал переживать не только за Еву, но и за Веронику. Эти двое мужчин несли явное зло, и вряд ли беззащитные женщины с ним справятся. Появилось острое желание прервать контакт, но я сдержал себя. Не расслабляться. Ждать. Наблюдать. Я ученый и должен быть готов к любому исходу.
Вероника начинает ругаться с проверяющим, Ева в ужасе. Второй равнодушно смотрит в окно. Начинается совершенно странный разговор. Вероника нападает, приводит какие-то законы, оперативник гнет свою линию, Ева и второй молчат. И так продолжается почти час. У меня складывается впечатление, что они пришли не за компьютером, хотя и от него не отказались бы. Им нужно другое. Но что?
На Еву никто не обращает внимания, она выходит в коридор и набирает Дениса, объясняет ситуацию, спрашивает совета. Выслушав ответ «Мне некогда, разбирайтесь сами», она снова заходит в офис.
– Кто у вас директор? На какой он машине ездит? Где он сейчас?
Этот вопрос кажется Еве совсем смешным.
– Директор мой муж, Машина недорогая, сейчас в отъезде.
Они снова теряют к ней интерес и переключаются на Веронику. Первый очень агрессивен, второй бросает поддерживающие реплики. Вероника явно тянет время. Она уже не ругается, отвечает однозначно, говорит, что программу установили, чтобы проверить работоспособность оборудования.
Я теряю нить разговора, мне кажется, что я напрочь увяз в ситуации и уже не понимаю, кто, что и от кого хочет.
После двух часов изнурительных переговоров они договариваются – Вероника достает из ящика все деньги и отдает проверяющему. Он с довольной ухмылкой кладет их в карман несвежих джинсов, оба уходят. Женщины молчат. Вероника злится. Первой не выдерживает Ева.
– Верунчик, ты говорила, что у тебя все под контролем. Но программу действительно установили в магазине. При тебе.
Вероника снова краснеет.
– Откуда я знала, что они явятся так быстро? Мы всегда работали с «Орионом», проблем не было.
– Ну, одно дело работать от строительной фирмы, другое – быть никому не известным предпринимателем. Ты же знаешь законы, сама меня учила.
Вероника не отвечает.
Ева впервые начинает сомневаться в партнерше, она ей уже не кажется такой всесильной и знающей. На душе у Евы гадко.
Также гадко и мне – будто у меня лично отобрали деньги. И воров не найти.

3
Новый день, новая ситуация. Я четко вижу, что после посещения проверяющих в отношениях между женщинами произошли перемены, но пока не понимаю, какие. Ева и Вероника спорят. Вероника сидит, надув пухлые губки, лицо ее недовольно.
– Нам нужен бухгалтер, чтобы выписывать накладные, я не успеваю.
– Верунчик, ты целый день в офисе, почему ты не успеваешь?
– У меня бывают клиенты. И потом, бухгалтерия скучна, я хочу развиваться. Здесь так много новой для меня работы, что я просто тону в задачах.
Я вижу, что Вероника обманывает партнершу, времени у нее как раз более чем достаточно. Но она уже почувствовала дух свободы учредителя, ей хочется большего – например, наемных работников в офисе. А почему бы и нет? Ева на ее зарплату заработает, у нее получается отлично! А Веронике безумно хочется управлять.
Еве трудно спорить с партнершей, она вообще не выносит споров, ей сложно противостоять даже липовым аргументам Вероники, да и в бухгалтерии она не разбирается. И, как всегда, соглашается. Лишь бы не конфликтовать.
– Хорошо, давай попробуем. Только заниматься ею будешь сама.
На следующий день приходит толстая флегматичная девушка Вера, с которой, как оказалось, Вероника договорилась заранее.
Пролетает еще один месяц, начинаются ссоры между Вероникой и новым бухгалтером. Ева не понимает, что происходит. То ли Вероника плохо объяснила суть работы, то ли Вера оказывается непроходимой тупицей. И непонятно, зачем нужна была Вера, если Вероника постоянно сидела на офисе и все контролировала.
Она начинает ежечасно жаловаться Еве на новую работницу. В конце концов, Ева как основатель фирмы решает сама уволить Веру, так как ее напарница категорически не желает этого делать. Она очень сильно сопротивляется внутренне – не она брала Веру на работу, ей жалко эту флегматичную девушку. И все же соглашается, не желая спорить. С Вероникой в последнее время все труднее договариваться.
Чтобы как-то сгладить ситуацию, Ева начинает сама осваивать бухгалтерскую программу, набирать накладные, и это новая уступка строптивой партнерше. Как ни странно, Еве это интересно.
Но мир в их маленькую фирму не приходит. С Вероникой по-прежнему творится неладное – она устраивает истерики, работать не хочет, иногда надолго замолкает, бездумно смотрит в экран компьютера. Наступает день, когда она не выходит на работу. Ева ей звонит, и та сообщает, что лежит в больнице с угрозой выкидыша. То есть – беременна.
Ева едет к ей в больницу, они встречаются в коридоре возле пыльного окна. Вероника смертельно напугана, она готова в любой момент начать защищаться. Еще бы! Работа только началась, Ева может выставить претензии.
– Почему ты сразу не предупредила?
Ева спокойна, но голос ее уставший – неадекватное поведение партнерши ее утомляет.
– Я сама не знала… Так получилось… Случайно… – глаза Вероники наполняются слезами, нижняя губа дрожит.
Ева обнимает ее – напряженную, испуганную, та отстраняется. Она по-прежнему ждет скандала.
Я, Камиль Алари, вижу, что наступил идеальный момент, чтобы Еве начать работать самой. Но происходит обратное.
– Рожай. Что теперь делать, если так получилось…
Ева уступает по привычке – у нее нет опыта партнерских отношений, она давно перепутала их с родственными и воспринимает Веронику как капризную подопечную, которую необходимо опекать и спасать. Я чувствую злость, так как совершенно не могу принять подневольную позицию Евы. Почему она не видит фальши? Сколько ей еще учиться?
После выписки из больницы Верунчик обретает потерянную уверенность. Она снова сидит в офисе и контролирует все, что можно контролировать. Обстановка становится душной, в воздухе висит напряжение – а вдруг Ева и Денис выгонят Веронику за своеволие? Она злится, но временами становится необыкновенно доброй, часто жалуется на свое состояние. При каждом удобном случае ездит к врачам, изводит не только своего мужа, но и Еву – это надо для будущего ребенка, это тоже надо для будущего ребенка, и это…
После родов Вероника сразу выходит на работу, младенец в люльке спит на Евином столе. «Строем» приходят всевозможные няни. Начинаются проблемы с докторами – Веронике нужны только «элитные», а они требуют денег. Деньги легко добываются и отдаются Евой, новыми менеджерами – всей фирмой, которая фактически начинает работать на Верунчика и на ее «героическое» состояние молодой бизнес-мамы.
Ева пытается поговорить с партнершей по поводу того, чтобы она осталась с ребенком дома хотя бы на время, необязательно целый день проводить в офисе, чтобы наблюдать за происходящим. Ева теперь и сама прекрасно справляется с ситуацией, тем более что на офисе, кроме еще одного бухгалтера, появляется секретарь. Но Верунчик категорически отказывается, дома ей скучно, она панически боится упускать из своих рук контроль. Ее подозрительность и страх остаться не у дел заставляют ее быть в курсе всех разговоров и событий.
Еве в офисе развивающейся быстрыми темпами фирме места практически нет. Она работает исключительно на выезде, в «полях».

…Я научился «смотреть» отстраненно. Уже не было таких сильных отрицательных эмоций, появилось любопытство. Ева шаг за шагом проходила свои, присущие ей, стадии психологического развития, постоянно изменялась. Как? Возможно, пока только в сторону накопления материала. Ее жизненный багаж становился больше, но количество не становилось качеством, осознание своей собственной значимости не наступало.
– Рената, то далекое время для меня совсем чужое и не нужно давать ему оценок, но не покидает ощущение, что эта женщина, Ева, не развита ментально.
– Почему вы так считаете, Камиль? Мне даже интересно, поделитесь, – она улыбнулась мне, даже чуть подалась вперед.
– Разве не очевидно поведение ее новой партнерши? Ева прощает своей молодой напарнице абсолютно все, относится к ней, как к родственнице, потому что сама одинока, от мужа поддержки нет. Такое ощущение, что у нее напрочь отсутствует критическое мышление, правильная оценка ситуации, она просто обречена на провал!
– Кажется, вы злитесь…
– Да, злюсь, – я потер переносицу, заболели глаза, – потому что всему есть предел. И, если мотивы Вероники ясны – деньги, фирма, контроль, то у Евы сплошная работа ради работы. Это же глупо!
– А, может, у нее другие мотивы поведения, более мощные, чем обычная прибыль?
– Какие, например?
– Желание быть любимой. Часто люди именно в поисках любви достигали больших высот. Согласитесь, это уникальный способ исследования и постижения жизни.
– Это извращенный способ.
– Да, профессор, но он действенный. И не снимайте со счетов ее окружение, влияние агрессивной внешней среды – муж, взрослый сын, резкая смена работы, отсутствие опыта.
Вопрос влияния внешней среды я принял во внимание сразу, но не придавал ему слишком большого значения. Как психолог я понимал, что целостная личность в любой среде способна занять свое место. Или среда ее выкинет. Если это было место Евы, то оно казалось мне скучным, и дальше не было смысла «смотреть». Но что-то подсказывало, что Ева, возможно, будет искать. Пусть не сразу, пусть с перерывами. Рената как информатор давала возможность увидеть любую часть жизни Евы, это избавляло от нудного «проживания» бытовых проблем.
Я снова коснулся запястья своего информатора. Моё «видение» в этот раз почему-то изменилось, будто Рената помогла ему смотреть на ситуацию совсем с другой стороны, как бы издалека. Исчезли частности, детали, разговоры и эмоции. Исчезло острое ощущение недовольства поведением Евы, стало комфортно. Ева неожиданно показалась мне совсем другой – целеустремленной, предельно живой, увлеченной своей работой. Я с удивлением осознал, что действительно пока не понимал истинных мотивов своей протеже. А они были крайне интересны: Ева шла к своей личной свободе. Хотя, кажется, сама это не осознавала.
Вероника, на самом деле, ей была уже не так важна.
4
На продажи Еву и менеджеров возил водитель Мишка. Простой, веселый парень, всегда искренне желавший помочь, обожавший компании – Мишка пришелся Еве по душе. Был он коренаст, белобрыс, всегда шутил. Отличный механик, Мишка знал, где что подлатать, подкрутить, подчистить и залить, чтобы его крохотное чудо механики исправно работало.
Каждое утро они с Евой грузили коробки с товаром, везли заказы клиентам, искали новых покупателей. Иногда они проезжали почти по двести километров, и скоро Ева настолько привыкла к дороге, что уже не представляла себе, как можно сидеть целый день в душном офисе. Пейзажи за окном летящей по трассе машины были всегда разными, они менялись в зависимости от погоды. Весной на обочинах расцветали маки, осенью желтели листья на макушках тополей и акаций. Яркие краски природы радовали Еву, расцвечивали ее некогда унылое существование. Да, к вечеру она смертельно уставала, но ее жизнь стала предельно интересной.
Еще год назад она даже предположить не могла, что бизнес, в который она попала совершенно случайно, принесет ей столько знакомств и такое обилие впечатлений. Ее клиенты были самыми разными, среди них попадались интересные люди. Еву встречали с удовольствием. Если общение не получалось, Ева не расстраивалась – для всех одинаково хорош не будешь. Работа с клиентами Еве понравилась, она впервые почувствовала себя востребованной, значимой.
Но прошло всего несколько месяцев, между Мишкой и Вероникой начались разговоры о повышении зарплаты. Как оказалось, хитрый Мишка хорошо следил не только за своей машиной, но и за возрастающим объемом выручки, он захотел получать больше. Вероника и Ева стали поговаривать о новом водителе, Мишка собрался идти работать в автосервис. В одной из последних поездок, он подал Еве идею купить такую же маленькую машину на фирму. Эта идея показалась ей абсолютно безумной. И купила.
Произошло это внезапно. Когда Ева приняла решение хотя бы попробовать, она, ничего не сказав Денису, зашла в первый же попавшийся банк, поговорила с директором – молодой деловитой женщиной, честно объяснила ей свою финансовую ситуацию. Директор согласилась сотрудничать – банк развивался, ему нужны были постоянные клиенты.
Кредит оказался небольшой. Но деньги на первый взнос и страховые платежи были немалые. Близкие родственники – Денис, отец – отказали сразу. Максимальную сумму собрали вместе с Верунчиком из выручки на фирме в счет будущей зарплаты за полгода. Небольшой остаток ей неожиданно занял один из клиентов.
Ева очень хорошо помнит, как забирала новую машину из салона. Менеджер сказал, что машина заправлена топливом, она поверила. Но бензина не хватило, машинка застряла на перекрестке, и, объезжая, ее царапнула по бамперу иномарка. Первая царапина! Водитель был виноват, поэтому обругал Еву последними словами и уехал. Каким-то чудом Ева завелась, проехала еще двести метров и мертво встала за тридцать метров до заправки. До бензоколонки ее толкали два мужика – водитель заправлявшейся машины и оператор – с шутками и прибаутками. Еве было не смешно. Но с тех пор у Евы появилась странная, но очень действенная примета – если ценная вещь в день покупки или очень скоро после нее получает царапину или как-то нарушается ее внешний вид, служить будет очень долго.
В то время кредиты были не популярны, особенно среди таких мелких предпринимателей, как Ева. Это было страшно, неуютно, непонятно, непостижимо. Пугал размер двойных переплат – проценты, страховки, нотариальное оформление. Но лично для Евы машина в тот момент оказалась не просто средством работы, это был ее первый важный шаг к личной свободе. Тем более, что оплата кредита шла с фирмы. Денис это понял сразу, новую машину жены невзлюбил и при случае пинал ее носком ботинка по маленьким резиновым колесикам.
Слабая и ненадежная, машинка все время ломалась. При этом она оказалась юркой и быстрой, словно мышонок, Ева на ней объездила все города и поселки в радиусе ста километров. За год она окупила и кредит, и проценты, рассчиталась по всем обязательствам. Со временем она стала хорошим водителем, завела знакомства среди автослесарей, научилась отстаивать свои интересы на перекрестках и кольцах, уживаться с соседями в пробках – и всё это благодаря миниатюрности и подвижности своей машины.
Неожиданно мое «видение» сузилось, я снова стал видеть частности и будто бы оказался внутри тесной машины вместе с Евой.
Вот она колесит с товаром по курортному городу, где улочки расположены на горе ярусами – узенькие, всего на один проезд. Пытается развернуться и падает передним колесом в глубокий колодец. В отчаянии выходит – никого, помощи ждать неоткуда. Звонит Денису, но как он может помочь? Выслушав очередной отказ, она совсем падает духом и вдруг видит идущего по улочке мужчину. Она кидается к нему, отчаянно просит помочь. Мужчина без разговоров усаживает ее за руль, легко поднимает руками Евину машинёнку из ямы, и она уезжает, безмерно благодарная.
Вот я вижу ее на глухом перевале, посреди леса, в сумерках. Хлещет ливень, по дороге несется грязевой поток. Ева напугана, сворачивает на обочину, колеса тонут. Она снова звонит мужу, тот советует ей переждать. Зачем она опять звонит ему? Ведь все равно будет отказ! Но, похоже, звонить больше некому, Еве нужна хоть какая-то поддержка – она все еще замужем. И безмерно одинока. Я, профессор Камиль Алари, чувствую ее одиночество в этом дремучем лесу, ее страх и отчаяние. Я боюсь вместе с ней. И я жду, чем все закончится. Жду с нетерпением. Для меня это уже какой-то необходимый драйв – выпутываться вместе с Евой из сложных ситуаций, гадать, что получится, бояться и пытаться успокоить выпрыгивающее из грудины сердце.
Дождь заканчивается, сель сходит, наступает ночь. Ева заводит машинку и, хрустя покрышками по гравию и камням, с трудом выбирается на трассу. Ей еще ехать и ехать, но я вздыхаю с облегчением. Трасса ей хорошо знакома.
Ева у ремонтников, ждет, когда они прикрутят последние гайки. Нужен тест-драйв, Ева садится за руль, рядом слесарь, они выезжают на оживленную трассу. На скорости сто километров в час открывается капот, ложится на переднее стекло. Ева сначала не понимает, что происходит, но ничего не делает – дорога просматривается в небольшую щель внизу лобового стекла. Через несколько секунд она убирает ногу с педали газа, автомобиль начинает замедляться, чуть притормаживает и скоро останавливается у обочины. Слесарь сидит в пассажирском кресле с позеленевшим от ужаса лицом, Ева почему-то спокойна. Я впервые вижу ее в такой сложной стрессовой ситуации и крайне удивлен – она не запаниковала. Более того, сделала единственно правильные действия и спасла себя и пассажира. На подгибающихся ногах слесарь выползает из салона, кое-как ладит капот на место, она едут обратно в бокс – разбираться, что произошло.
Глухая ночь, Ева едет по деревне ночевать на дачу, торопится. Она устала. Машинка подпрыгивает на ухабах. В какой-то момент начинают гаснуть фары, потом снова загораются. Ева не обращает на это внимания, едет еще два километра, поднимается в гору, останавливается у дома. Кругом никого, здесь никто не живет, пусто.
С машиной происходит что-то странное – под капотом свет. Ева открывает капот – оттуда вырывается столб пламени. Женщина ни о чем не думает, хватает с заднего сиденья плотное покрывало, сбивает пламя и затыкает им горящий аккумулятор. Пламя стихает и только потрескивает разрядом замкнувшая клемма. Металлический держатель с клеммы Ева сбивает старой корягой, треск прекращается.
Ева заходит домой, берет бутылку пива, возвращается к машине, садится рядом на мешок с песком. Поздняя ночь, ранняя весна, остро пахнет горьковатая клейковина распускающихся почек. В черном небе – россыпь звезд и тонкий месяц. Надрывно кричит филин. Ева пьет пиво, ее становится зябко, но она не уходит – будто хочет побыть рядом со своей любимой машинкой, едва не сгоревшей в одночасье. Тишина.

Я остановился, надо было обдумать увиденное.
Больше всего меня поразил последний эпизод – мощное пламя из-под капота, глухая сырая ночь, клейкий запах почек, женщина, которую била крупная дрожь. Она показалась мне настолько одинокой в этот момент ночи, что сердце мое сжала тягучая тоска – будто я сам навсегда застрял в этом странном моменте между мирами, и выхода нет и не будет никогда.
– Рената, я многого не понимаю. Мотивы поведения, желание жертвовать собой, какая-то особая, потрясающая беззащитность. И отчаянная смелость. Она сумасшедшая?
– Нет. Для своего времени она – абсолютно нормальная. Конец двадцатого века, начало двадцать первого… Перелом в отношениях к себе и миру. Нарушение законов экологии, психологии, экономики. Я показываю вам период, когда мир находился на волоске от гибели, балансировал на острие ножа. Люди жили на пределе возможностей. Интересно то, что многие даже в таких условиях пытались реализоваться. Как умели. История Евы интересна тем, что она связала свое личное становление именно с бизнесом.
– Вы хотите сказать, что экстремальные условия развивают личность? Мне показалось, что Ева получает травму за травмой. Еще и унизительная позиция жертвы. Ее муж и напарница просто пользуются ею! Да, она пытается быть независимой, но складывается ощущение, что она не понимает, что такое истинная независимость. Действует вслепую.
– Это верно! Но посмотрите на ее действия с другой стороны. Она не сдается, постоянно ищет выход, несмотря на позицию жертвы и все неприятности, выпавшие на ее долю. Она пытается вырваться из своей унылой жизни, словно бабочка, попавшая в патоку.
– Рената, вы специально меня интригуете? Чтобы я не отказался «смотреть»?
Рената рассмеялась:
– Не кокетничайте со мной, вам это не идет. Вы прекрасно знаете, чего хотите от меня. Данные. Факты. Поэтому я здесь. Впрочем, вам решать…
Я почувствовал в ее словах внезапное равнодушие, несмотря на смех. Как-то вдруг холодком потянуло и от Ренаты, и от Евы с ее вечными проблемами. Мне стало не по себе.
– Если она бабочка, значит, уже мертва. Вопрос только в том, сколько времени она сможет еще махать крыльями, пока не увязнет окончательно. Возможно, ее жизнь была бессмысленна изначально, и современные правила, в которых мы живем, действительно самое гуманное, что могло придумать человечество.
– Не сравнивайте и не оценивайте, Камиль.
– Хорошо… Я попытаюсь.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *